Курс на обострение: Трамп намерен разыграть китайскую карту

Помпео примеряет роль Черчилля Речь идет, конечно, об обмене ударами между Вашингтоном и Пекином на дипломатическом поприще. В ответ на закрытие китайского консульства в Хьюстоне Поднебесная закрыла американское консульство в Чэнду. ФБР начало расследовать «подозрительную» деятельность китайских ученых в американских университетах, которых подозревают в связях с Народно-освободительной армией Китая (НОАК). Одна из таких ученых, биолог по специальности, попыталась спрятаться в китайском консульстве в Сан-Франциско, но затем сдалась американским властям. Возникли у американских правоохранителей многочисленные вопросы и к американским ученым и бизнесменам, которые так или иначе связаны с КНР. Объявление дипломатической войны прошло под канонаду речей высокопоставленных чиновников американского правительства. Их кульминацией стало выступление госсекретаря Майка Помпео, провозгласившего: «Свободный мир должен победить эту новую тиранию». Выступление Помпео можно сравнить со знаменитой речью Уинстона Черчилля в Фултоне в 1946 году. Для ознакомления планеты с новой американской политикой в отношении Поднебесной главный американский дипломат отправился в калифорнийский городок Йорба-Линда, где находится президентская библиотека Никсона. Выбор места, конечно, не случаен. Напомним, именно Ричард Никсон в 1972 году совершил исторический визит в КНР. Он «открыл» Китай и начал разрядку между Востоком и Западом, которая закончилась, как сейчас уверены в Вашингтоне, провалом. Стремительное обострение отношений между Соединенными Штатами и Китаем в последние недели в немалой степени объясняется, конечно, приближающимися президентскими выборами в Америке. Дональд Трамп сейчас очень энергично пытается разыграть китайскую карту, не без оснований считая, что это его единственный шанс остаться в Белом доме еще на четыре года. С каждым днем сейчас становится все очевиднее, что действующий президент отстает от бывшего вице-президента Джо Байдена. Естественно, сам он прекрасно видит, что заветная цель — второй президентский срок с каждым днем становится все дальше. Главный козырь Трампа — экономику из его рук выбила пандемия коронавирусной инфекции. Следовательно, ему не остается ничего иного, как попытаться использовать внешнюю политику. Это значит, что Америке, или вернее мистеру Трампу, нужен, во-первых, враг, а во-вторых, победоносная война. По первому направлению выбор большой: Россия, Китай, Иран, КНДР и даже Евросоюз с его цифровым налогом, направленным против американских IT-гигантов. После, наверняка, долгих размышлений и колебаний в Белом доме решили сделать главным врагом Америки на данном этапе Китай, что, естественно, на руку России. Конечно, великое американо-китайское противостояние, красиво «завернутое» госсекретарем Помпео в обертку борьбы добра со злом (для того, чтобы догадаться, кто у Помпео — добро, а кто — зло, конечно, достаточно одной попытки), не даст Москве даже маленького послабления в антироссийских санкциях и обвинениях во всех грехах, но оно расширит для нее свободу маневра и, естественно, отвлечет немалую часть сил США, которых у них несмотря на все правильные разговоры о закате Америки все еще предостаточно. Есть из чего выбирать Трампу и в отношении маленькой победоносной войны. Война с Поднебесной, конечно, маленькой быть не может по определению всего, что так или иначе связано с Китаем, но она вполне возможна в виде локального конфликта. Наиболее вероятное место для столкновения американских и китайских военных — Южно-Китайское море (ЮКМ), уже несколько лет прочно занимающее «почетное» первое место в рейтинге самых горячих точек планеты. В запасе — Северная Корея, с которой, правда, связываться тоже опасно ввиду обладания Пхеньяном ядерным оружием и непредсказуемого поведения северокорейского руководства. Не исключено, что если в три предстоящих месяца в Белом доме будет всерьез обсуждаться возможность проведения маленькой войны, то Трамп и его помощники могут выбрать в качестве «партнера» Иран, слегка подзабытый в этом году из-за американо-китайских противоречий и пандемии. На днях Пентагон напомнил американцам и всей планете о существовании еще одного «кита», на котором стоит всемирное зло, при помощи демонстративной попытки перехватить иранский пассажирский авиалайнер в небе над Сирией. Герои нашего времени Следует отдать должное мистеру Помпео — несмотря на то, что внешне он, как и большинство сотрудников Белого дома, включая и его хозяина, явно не производит впечатление большого интеллектуала, речь в Калифорнии получилась вполне эффектной. Патетически-агрессивные заявления госсекретаря частично, между прочим, являются его личной инициативой. До выборов 2024 года еще, естественно, далеко, но очень похоже, что он решил пораньше начать свою избирательную кампанию. По крайней мере, в США о Помпео сейчас все чаще говорят, как о вполне вероятном участнике президентских выборов 2024-го года. Естественно, многие, особенно в Азии, недовольны усилением Китая, который несмотря на всю восточную хитрость не скрывает своей главной цели — стать на первом этапе региональным лидером, а к середине века захватить лидерство в масштабах всей планеты. Выполнение этой задачи, которую китайцы последовательно и вполне успешно выполняют, очень хотели бы сорвать многочисленные конкуренты и недоброжелатели Пекина. Поэтому слова Майка Помпео о том, что борьба с «засильем» КПК является «миссией нашего времени» и что у Америки есть все, чтобы возглавить эту борьбу, были встречены с одобрением во многих уголках планеты и, в первую очередь, в Азии и Тихоокеанском регионе. Однако если сейчас недоброжелатели Поднебесной надеются, что эта борьба будет протекать по тому же сценарию, как при Обаме, объявившем историческую смену приоритетов в политике США с Атлантики на Тихий океан, то они глубоко ошибаются. Трамп — не Обама, что он неустанно доказывал с первых дней своего пребывания в Белом доме при помощи политики «Америка на первом месте». Кстати, Дональда Трампа, объявившего сейчас чуть ли не «крестовый поход» против Китая, многие, особенно в Азии, не без оснований обвиняют в резком усилении Поднебесной в последние три-четыре года. Смена акцентов в политике, «уход в себя» и ослабление присутствия Вашингтона во многих азиатских регионах в немалой степени способствовали усилению КНР, которая быстро заполняла возникавший после ухода американцев вакуум. Американцы и раньше предпочитали воевать при помощи многочисленных коалиций, но сейчас при Трампе, когда речь идет о борьбе со второй, а по ряду показателей уже первой экономикой планеты, наличие союзников стало для Соединенных Штатов жизненно необходимым условием. Помпео начал сколачивать антикитайскую коалицию еще до произнесения «исторической» речи в Калифорнии. Конечно, формально европейские страны поддержат США в борьбе с Китаем. Не случайно Евросоюз, как и обещал, ввел на этой неделе санкции против Пекина за закон о безопасности Гонконга. И все же для того, чтобы добиться от европейцев хоть какой-то реальной помощи, Вашингтону придется на них сильно надавить. Таких преданных союзников, как Лондон, который объявил о запрете для Huawei участвовать в строительстве сетей 5G в Британии в ближайшие годы, сейчас в Европе можно легко пересчитать на пальцах одной руки. К тому же для Вашингтона в его противостоянии с Пекином куда важнее британцев союзники в Азии, в непосредственной близости от главного врага. В первую очередь, это относится к Японии, третьей экономике планете, которая долго была второй, но потеряла этот статус благодаря все тому же Китаю и у которой с Пекином целый букет собственных разногласий и споров, включая, что очень важно, и территориальные. Япония в качестве активного союзника в борьбе с Поднебесной была бы для США, возможно, важнее всех европейских союзников вместе взятых, которые наверняка будут помогать «старшему брату» из-под палки. Однако с Токио по вопросу сколачивания антикитайской коалиции наверняка возникнут серьезные проблемы. Жестко и одновременно мягко Когда стало ясно, что коронавирусная пандемия быстро не пройдет, японское правительство отложило планы организации первого после 2008 года официального визита китайского лидера в Токио. Сейчас, по мере очевидного нарастания активности Пекина в регионе, Япония намерена окончательно отменить визит Си Цзиньпина, но делает она это очень осторожно, чтобы не задеть обидчивых соседей. Правительство Абэ ведет себя очень осторожно в вопросе о визите товарища Си несмотря на то, что опросы показывали — большинство японцев считают, что его следует отменить. В то время, как позиция по отношению к Китаю главных союзников Токио и в первую очередь США с каждым днем становится все более жесткой, Япония проявляет чудеса эквилибристики в отношениях с западным соседом, ни на минуту не забывая об экономической мощи своего главного торгового партнера и о своих ограниченных военных возможностях. Поэтому когда совсем недавно китайские корабли предприняли самое продолжительное за последние годы вторжение в спорные с Японией воды архипелага Сенкаку в Восточно-Китайском море (ВКМ), Токио повел себя очень сдержанно, заявив, что его позиция будет твердой, но спокойной, без излишних эмоций. Дальше — больше. Токио неожиданно отказался от покупки американской системы ПРО Aegis, планировавшейся в том числе и для защиты от возможного китайского ракетного удара. США приняли санкции против китайских компаний и чиновников и отвергли китайские территориальные притязания в региональных морях. Австралия призвала провести независимое международное расследование происхождения коронавируса, а также объявила о выделении почти миллиарда долларов на разработку кибероружия и киберзащиты, направленных против Китая. Великобритания вместе с Канадой приостановила действие соглашений об экстрадиции с Гонконгом после принятия закона об его безопасности. Пекин, напомним, ответил, на австралийский демарш, резко сократив импорт сырья с Зеленого континента. Он пригрозил большим набором ответных мер любой стране, которая попытается выступить против него. В определенной мере мягкий ответ на действия Китая отражает общий подход Токио к внешней политике. Японцы всегда пытаются избежать прямых конфликтов с другими государствами. Иногда они стараются играть посредническую роль. Можно, например, вспомнить встречу между Синдзо Абэ с иранским президентом Рухани. Японский премьер прилетел в Тегеран, чтобы попытаться снизить напряженность на Ближнем Востоке. Еще совсем недавно между Китаем и Японией было состояние дипломатической оттепели. Причем, стороны пошли на улучшение отношений в немалой степени и из-за непредсказуемой внешней политики Трампа. В 2018 году Абэ стал первым за семь лет японским лидером, посетившим Пекин. Он договорился с Си расширять и углублять экономическое и политическое сотрудничество. Токио вскоре после поездки премьера пригласил китайского лидера совершить ответный визит в Японию. Сейчас многие разочарованы тем, что Токио не дал соседу более резкого отпора. В ответ на патрулирование вод вокруг Сенкаку Токио, правда, мобилизовал свои ВВС, но жесткие действия японское правительство сопровождает подчеркнуто мягкой риторикой в протестах, заявляемых китайскому правительству. Генеральный секретарь Кабинета министров Японии Ёсихидэ Суга рассказал журналистам, что правительство Абэ «жестко потребовало», чтобы китайские корабли перестали приближаться к японским рыболовным судам в районе архипелага Сенкаку и немедленно покинули японские территориальные воды. Конечно, в японском кабинете есть и свои «ястребы». В начале июля, например, глава военного ведомства Японии Томохиро Ямамото предупредил, что Пекин пытается изменить status quo в ВКМ и ЮКМ, и назвал Китай более опасной угрозой, чем КНДР. Кстати, недавний внезапный отказ Токио от покупки Aegis Ashore вызвал разговоры о том, что Японские острова без американских ракет будут слабо защищены от возможных ракетных ударов КНР и КНДР. Однако сразу за сообщением об отказе от Aegis появилась информация о том, что в комитете по делам обороны правящей Либерально-демократической партии обсуждается покупка оружия, которое может нанести превентивный удар по пусковым площадкам соседей, если появятся признаки подготовки атаки с их стороны. В Токио понимают, что состязаться с Поднебесной в военной сфере им не по силам. В области же экономики, где разрыв между Пекином и Токио не так велик, как в военной сфере, японцы оказывают сопротивление. Так, в начале года в Токио был принят закон, ограничивающий иностранные инвестиции в стратегические сектора промышленности, которые правительство считает жизненно важными для национальной безопасности. Многие наблюдатели справедливо посчитали, что этот закон направлен в первую очередь против Китая. Правительство Абэ также предложило солидные льготы компаниям, особенно работающим в стратегических секторах экономики, которые выведут бизнес из Китая в Японию или страны Юго-Восточной Азии. Нельзя, конечно, говорить, что Страна восходящего солнца сидит сложа руки. Она сопротивляется, но делает это очень осторожно, стараясь, так сказать, не перегнуть палку. Китай не только — крупнейший торговый партнер Японии. Больше всего туристов на острова до пандемии и закрытия границ приезжало именно из Поднебесной. В прошлом году в японских университетах учились почти 115 тыс. китайских студентов. Правительство Абэ, запретившее во время карантина въезд на острова представителям почти 150 стран, сейчас собирается открыть границы для нескольких азиатских государств, включая КНР. Австралия не хочет быть шайбой в американском матче Несмотря на демарш Канберры с расследованием происхождения коронавируса, о котором австралийцы уже наверняка пожалели, ситуация в отношениях между Австралией и КНР во многом схожая. В первую очередь, следует сказать, что эти отношения сейчас находятся на самом низком уровне как минимум с начала 21 века. По словам австралийского премьер-министра Скотта Моррисона, он уже больше года не разговаривал с Си Цзиньпином. Тем не менее, Австралия на самом высоком уровне тоже утверждает, что не намерена портить отношения с Китаем. Пикантности этим словам добавляет то обстоятельство, что последней их произнесла на этой неделе глава МИД Австралии Марис Пейн сразу после двухдневных переговоров в Вашингтоне с Майком Помпео и министром обороны США Марком Эспером. Очевидно, чтобы окончательно не портить настроение хозяевам, она добавила, что Австралия будет четко говорить о разногласиях с Китаем «в зрелой и разумной манере». Ее коллега, министр обороны Австралии Линда Рейнольдс, тоже участвовавшая в переговорах, пообещала углублять военное сотрудничество с США (в частности обсуждалась совместная разработка гиперзвукового оружия и систем космического базирования), но ни слова не сказала об усилении австралийским ВМФ патрулирования ЮКМ. В связи с этим следует еще раз напомнить, что Китай и для Австралии является главным торговым партнером. Объем торговли в 2019 году составил $ 168 млрд. Причем от Поднебесной очень сильно зависит одна из главных отраслей австралийской промышленности — горнодобывающая. Не удивительно, что в Канберре, у которой немало разногласий с Пекином, все же достаточно осторожно относятся к призывам Помпео, что союзникам следует наконец отказаться от «слепого сотрудничества» с Китаем и сделать выбор «между свободой и тиранией». Позицию Австралии, пожалуй, четче всех выразил профессор политологии Австралийского национального университета Хью Уайт, сказавший, что Канберре следует быть очень осторожной, чтобы не стать «шайбой в хоккейном поединке, в который превратилась накануне президентских выборов американская политика». Скотт Моррисон неоднократно говорил, что Австралия не будет выбирать между США и КНР, но сейчас буквально с каждым днем делать это становится все труднее. Особенно учитывая сильнейшее давление, которое оказывает Вашингтон на союзников, требуя ужесточить их позицию по отношению к Пекину.

Интересное по теме