Что в России будет считаться цифровым финансовым активом

Что в России будет считаться цифровым финансовым активом

В Госдуме учли пожелания бизнеса и изменили формулировку в новой версии законопроекта. Теперь под цифровыми финансовыми активами понимаются любые права, оформленные через блокчейн, а не только ценные бумаги и денежные требования, сообщает РБК.

Глава комитета нижней палаты по финрынку Анатолий Аксаков сообщил, что в законопроекте о регулировании криптоиндустрии в России, который готовится к рассмотрению в Госдуме во втором чтении, изменили определение цифровых финансовых активов (ЦФА), расширив таким образом сферу их применения.

Из документа следует, что отныне цифровыми финансовыми активами признаются обязательственные и иные права, в то время как ноябрьская версия законопроекта относила к ЦФА только права, удостоверяющие денежные требования, и права по эмиссионным ценным бумагам, выпущенным с использованием блокчейна.

Новое определение ЦФА

Ожидается, что законопроект о ЦФА будет принят Госдумой в феврале, в настоящее время документ находится на согласовании в администрации президента, рассказал Анатолий Аксаков на Гайдаровском форуме. «По цифровым активам в принципе уже положительное решение есть», — отметил он.

«Цифровыми финансовыми активами признаются обязательственные и иные права, включая денежные требования, возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам, права требования передачи эмиссионных ценных бумаг, которые закреплены в решении о выпуске и порядке, установленных настоящим федеральным законом, выпуск, учет и обращение которых возможны только путем внесения записей в информационной системе на основе распределенного реестра».

Что это значит для рынка

Президент Российской ассоциации криптоиндустрии и блокчейна Юрий Припачкин сказал, что в данной формулировке были учтены пожелания РАКИБ. По его мнению, ЦФА, выпущенные под обязательственные права, должны упростить токенизацию бизнеса.

Руководитель блокчейн-интегратора Sputnik DLT Артем Толкачев считает, что новая формулировка значительно расширила круг объектов, на которые могут выпускаться ЦФА.

«Обязательственные права в данном контексте включают права, возникающие из договорных и, как мы полагаем, корпоративных правоотношений», — объясняет он.

В токены могут быть зашиты акции, банковские гарантии, записи о владении недвижимым имуществом, созданные на блокчейне. Член экспертного совета Госдумы Никита Куликов прокомментировал:

 «Фактически под цифровым финансовым активом исходя из данных формулировок следует понимать любое имущество, переведенное в цифровой вид».

Элина Сидоренко, глава лаборатории Legal Lab в центре блокчейн-компетенций ВЭБа, считает, что наличие обязательственных прав говорит о том, что основной акцент в законе сделан на токенах и вся криптоэкономика будет сводиться к обороту цифровых форм ценных бумаг. При этом «компании смогут выпускать абсолютно любые права на специальных информационных платформах (цифровые акции, эмиссионные ценные бумаги, цифровые аукционы, цифровые облигации и т.д.)».

Руководитель налоговой практики юридической компании BMS Law Firm Денис Зайцев считает, что формулировка ЦФА стала полной и соответствующей правовой действительности. Это будет применимо, например, для краудфандинговых платформ и смарт-контрактов. Законопроект даст основу для развития смарт-контрактов, и «в итоге все договоры из бумаги перейдут в цифру», отмечает Зайцев.

Условия неопределенности

Как это обычно бывает, принятие закона с такой формулировкой создает неопределенность и потребует изменений в других правовых актах.

«Вся суть заключается в том, что в технологии блокчейн без токенизации (результат наличия цифровой записи) не обойтись, при этом в токен может быть зашито право владения совершенно любым имуществом», — говорит Куликов.

Учитывая такое мультиформатное применение технологии, с принятием соответствующего закона возникает множество вопросов, так как он затрагивает практически все аспекты, связанные с правом владения и собственности. «Необходимо проработать все возможные последствия его принятия для смежных нормативно-правовых актов», — указал Куликов.

Толкачев считает, что предложенная формулировка может вносить ограничения. Например, по его словам, возникает вопрос о возможности токенизации долей в ООО, неэмиссионных ценных бумаг.

«Конечно, их можно подтянуть до обязательственных прав и денежных требований, однако на практике может возникнуть излишний консерватизм, несмотря на наличие слова «включая», которое говорит о незакрытом характере того, что признается ЦФА», — отмечает глава блокчейн-интегратора.

Элина Сидоренко объяснила, что обязательственные права уравнивают ценные бумаги и договорные обязательства, последние не могут относиться к ценным бумагам. Она опасается, что в результате этого возникнет конфликт режимов оборота.

«Получается, что правовые режимы цифровых ценных бумаг и, например, цифровой транспортной карты совпадают. Поэтому необходимо либо упростить регулирование ценных бумаг, либо ужесточить договорные отношения», — резюмировала она.

Интересное по теме