Из крепостных в олигархи. История бизнес-империи братьев Яхненко и Симиренко в царской России

В первой половине позапрошлого века для Российской империи еще было актуальным крепостное право. В аграрных регионах, к которым относились и украинские губернии, наилучшими возможностями для промышленного предпринимательства обладали крупные помещики. У них были земельные участки, природные ресурсы, практически бесплатная рабочая сила. Однако в большинстве своем эти землевладельцы довольствовались доходами от сельского хозяйства. А если они заодно создавали заводы и фабрики, то чаще всего поручали это дело нанятым специалистам-иностранцам, не особенно заботясь о передовых технологиях.  На этом фоне поразительных успехов добилась фирма “Братья Яхненко и Симиренко”, созданная, что называется, самородками из малограмотных украинских крестьян. Был период, когда их бизнес приносил громадные доходы, а их заводы не имели равных во всей империи. Тем более досадным стал финал предпринимательской деятельности клана Яхненко и Симиренко. Она завершилась ликвидацией фирмы после длительного разбирательства с многочисленными кредиторами.  Поучительный опыт фирмы “Братья Яхненко и Симиренко” давно интересовал историков. К счастью, для ознакомления с ним имеется ценный источник. Осведомленный судебный чиновник Павел Клебановский задался целью разузнать как можно больше о деятельности фирмы в разные периоды, а в 1896 году опубликовал собранные сведения в журнале «Киевская старина».  Эмблема Городищенского завода. Вторая половина XIX века (фото: Михаил Кальницкий) Известно, что основатели фирмы происходили из социальных низов нынешней Черкасчины. Среди родоначальников были Михаил Яхненко, крепостной графа Самойлова, и Степан Симиренко (Семеренко), крепостной князя Воронцова. Яхненко успешно занимался кожевенным и сапожным ремеслом, так что сумел собрать деньги, чтобы выкупить из неволи себя, жену, троих сыновей и двух дочерей. Одна из дочерей, Анастасия, вышла замуж за сына Степана Симиренко — Федора, также выкупленного своим отцом. Сведения о датах рождения членов семьи разноречивы. По одной из версий, Кондрат Яхненко (средний сын Михаила) и Фёдор Симиренко родились в 1790 году, то есть 230 лет назад. Обретя свободу ещё в 1810-е го­ды, семья занялась коммерческой деятельностью. Немногим более 200 лет назад братья Степан, Кондрат, Терентий Яхненко и зять Фёдор Симиренко стали учредителями фирмы “Братья Яхненко и Симиренко”. Все они отличались исключительной добросовестностью и трудолюбием, были набожны, почитали старших в роду. Поначалу бизнес фирмы состоял в аренде мельниц и хлебной торговле. Любопытно, что лишь Степан Яхненко и Фёдор Симиренко были грамотны, поэтому их обязанностью стало ведение кассовых счетов, а Кондрат и Терентий Яхненко занимались личным наблюдением при закупке пшеницы и продаже муки.  Василий Симиренко. Фото второй половины XIX века (фото: Михаил Кальницкий) Довольно скоро были достигнуты заметные успехи: увеличивались торговые обороты, росли капиталы. Фирма распространила свои интересы на выделку кожи, оптовую торговлю скотом. Бизнес обрёл немалый размах. Степан Яхненко даже поселился в Одессе, через которую велись многие операции, в том числе и экспортные. Контрагентов привлекала предприимчивость и безупречная репутация клана Яхненко — Симиренко, так что у фирмы не было недостатка ни в деловых предложениях, ни в кредите. В 1830-е годы бизнесмены-украинцы располагали капиталом в сотни тысяч рублей. Бывшие крепостные уже в статусе купцов оказались на равной ноге с родовитыми вельможами, которым принадлежали обширные имения на Черкасчине, — Самойловыми, Бобринскими, Воронцовыми.  Размышляя о том, куда вкладывать растущие средства, семьи Яхненко и Симиренко воспользовались опытом графа Алексея Бобринского. Граф в 1838-м положил начало масштабному производству свекловичного сахара на украинской земле, основав Смелянский сахарный завод. Фирма “Братья Яхненко и Симиренко” пошла по его стопам. Важную роль в этом сыграл старший сын Федора Симиренко — Платон. Ему едва исполнилось 20 лет, когда он предпринял поездку в Европу и познакомился с тамошней свеклосахарной промышленностью. По его инициативе фирма в 1843–1844 годах выстроила на арендованной земле в местечке Ташлык сахарный завод с оборудованием, закупленным во Франции. Из Франции же пригласили группу специалистов на солидное жалованье, к ним вдобавок наняли в Петербурге немца Майера — мастера по производству рафинада. Впервые в стране подобное предприятие использовало паровые машины. Вскоре фирма стала получать от Ташлыкского завода громадные барыши: на 600 тыс. рублей вложенных средств поступало 400 тыс. чистой прибыли в год! Предприниматели решили, не теряя времени, расширять производство. Поначалу в 1846 году они взялись за устройство рафинадного завода в Киеве. Были уже приобретены участки земли на Куренёвке близ реки Сырец, приняты меры к обеспечению кирпичом и лесными материалами. Однако перспективный замысел парализовала консервативная позиция Городской думы, которая отказала в продаже пустыря, необходимого для будущего завода. Махнув рукой на эту затею, клан Яхненко — Симиренко воспользовался предложением князя Михаила Воронцова, предоставившего в долгосрочную аренду участок в своём Городищенском имении.  Первая страница «Воспоминаний о фирме братьев Яхненко и Симиренко» П. Клеба­новского в журнале «Киевская старина», 1896 год (фото: Михаил Кальницкий) Неудержимый размах бизнесменов проявился здесь особенно зримо. Мало того, что сам по себе Городищенский завод по своей величине прочно занял для данной отрасли первое место в Российской империи. “Статистическое описание Киевской губернии”, изданное в 1852 году, так отозвалось о предприятии: “Устройство его весьма замечательно в техническом отношении как пример применения к рафинадному производству с надлежащим знанием и искусством важнейших изобретений по этой части”. Вдобавок к нему неподалёку был устроен кирпичный завод, обеспечивший строительство недорогим и качественным материалом. Но и это не всё. Так случилось, что вскоре после пуска сахарного завода вышло из строя громадное маховое колесо импортного пресса. И тогда Платон Симиренко вновь отправился в загранкомандировку — во Францию и Бельгию, где изучил машиностроение. После его возвращения производственный комплекс был дополнен новым заводом по изготовлению машин и механизмов, чтобы фирма не страдала от внезапных аварий. Этот завод даже построил для развития торговых перевозок два буксирных парохода — “Украинец” и “Святослав”. Платон Симиренко. Фото второй половины XIX века (фото: Михаил Кальницкий) В публикации Павла Клебановского содержится яркое описание промышленного городка под Городищем: “Кроме величественного семиэтажного здания песочного и рафинадного завода для выделки сахара на 260 десятинах [свыше 280 га] арендной земли у князя Воронцова устроено было до 150 домов для служащих, каждый с особою усадьбою, огородом и садом, и каждый живущий в таком домике чувствовал себя совершенно свободным, не знал соседей и свободное от службы время посвящал занятию в садике, цветнике… В городке были магазины, где все предметы необходимости и роскоши продавались по ценам с первых рук в интересе дешевизны и выгоды служащих без пользы для фирмы, чтобы только служащие в заводе и живущие в городке имели все предметы дешёвые и свежие. При заводе была прекрасная больница, вмещавшая в себе более 100 кроватей, школа из шести классов; почти все преподаватели были лица с университетским образованием… В городке были свой театр, паровая мельница, машиностроительный завод, на постройку и покупку машин коего затрачено было около полумиллиона. В заводе и везде в городке было газовое освещение, каковым благом пользовались в те годы два или три города в России”.  В семьях Яхненко — Симиренко всегда помнили, из какого народа происходят. Говорили обычно по-украински, принимали меры к тому, чтобы собратья на их службе видели достойное отношение к себе и могли профессионально расти. В голодные годы фирма бесплатно раздавала продукты питания тысячам нуждавшихся земляков. Были в семье и меценаты украинской культуры. Известно, что Тарас Шевченко ещё до своей ссылки в солдаты был дружен с Алексеем Хропалем (Храпалем), видным служащим фирмы и зятем Фёдора Симиренко. В 1859 году, в последний раз совершая путешествие по Украине, Кобзарь побывал и в Городище. Здесь он три дня прожил у Хропаля, его тепло принимали Платон Симиренко и Кондрат Яхненко. Сохранилось свидетельство о посещении поэтом промышленного городка: “Шевченко многому удивлялся, от многого приходил в восторг, по осмотре же училища он порывисто обнял К. М. Яхненко, поцеловал его и с чувством произнес: — Батьку! Що ти тут наробив! — И на глазах его показались слезы”. Титульный лист “Кобзаря” издания 1860 года (фото: Михаил Кальницкий) Когда речь зашла о том, что произведений Шевченко нет в продаже, Тарасу Григорьевичу обещали помочь с новым изданием «Кобзаря». Год спустя он воспользовался этой поддержкой. Платон Симиренко выделил нужную сумму, и вскоре ему доставили свежую книгу с собственноручной подписью автора. Одно только огорчило мецената:  на титульном листе стояла надпись “Коштом Платона Семеренка”, а Платон Фёдорович не хотел афишировать свои добрые дела. Позже эту традицию продолжил младший брат Платона, Василий Симиренко. До своей смерти в 1915 году он щедро жертвовал средства на украинские издания, общественную и культурную деятельность. Его бывший особняк в Киеве, на улице Десятинной, 9, теперь отмечен мемориальной доской. Известно, к слову, что на свекловичных полях Городищенского завода работницы отдыхали под украинские мелодии, переложенные композитором Николаем Лысенко для шарманки по заказу Василия Симиренко. Четыре десятилетия кряду фирма “Братья Яхненко и Симиренко” шла от успеха к успеху. Счёт активам вёлся на миллионы рублей, а торговые обороты исчислялись десятками миллионов. Агенты фирмы действовали в Одессе, Николаеве, Харькове, Ростове-на-Дону, Нижнем Новгороде. Появилось представительство и в Киеве, где фирма Яхненко и Симиренко в 1862 году выстроила собственный дом на углу Верхнего Вала и Набережно-Крещатицкой улицы (здание сохранилось в реконструированном виде). Родственники-компаньоны не видели надобности создавать запасный капитал, сохранять резервы на чёрный день. Напротив, они стремились вкладывать в развитие своего бизнеса всё больше и больше, широко используя кредиты. Если была возможность, то и себя не обижали. За удачные предложения фирма выплачивала своим руководителям щедрые премии. Кондрат Яхненко, к 63 годам овдовев, взял молодую жену Марию, которая щеголяла в мехах и бриллиантах.  Как-то раз между графом Алексеем Бобринским и Кондратом Яхненко состоялся примечательный разговор. Граф спросил: “А что будешь делать, Кондрат Михайлович, если обанкротишься? Уж очень много ты тратишь денег на своё производство”. Яхненко не без юмора ответил: “Я буду чоботи шити, шкіри м’яти. У мене на горищі ще лежить мішок із шевськими колодками — копилами. З голоду не помру. А що ви будете робити, ваше сіятельство, як, не дай Боже, збанкрутуєте?”. Граф Бобринский посмеялся и ничего не ответил… Пароход «Украинец». Фото второй половины XIX века (фото: Михаил Кальницкий) Однако черный день пришёл уже к следующему поколению семьи, менее энергичному и сплочённому. Свеклосахарная промышленность к 1860-м годам широко распространилась на украинских землях, и умопомрачительные барыши от неё остались в прошлом. Новые конкуренты были рады “подставить ножку” преуспевающей фирме. Как бы случайно для этого представилась возможность: расчётные книги “Братьев Яхненко и Симиренко” были каким-то образом потеряны, потом нашлись, но попали в сторонние руки. Стало известно, что фирма имеет много долгов. Недруги принялись раздувать слухи о неминуемом банкротстве, и кредиторы запаниковали. В 1862 году было решено передать управление фирмой в руки «администрации» для обеспечения выплаты всех займов. В принципе, этого можно было избежать — ведь, по тогдашним расчётам, сумма активов раза в полтора превышала сумму долгов. Но Фёдор Симиренко, Кондрат и Терентий Яхненко достигли уже преклонного возраста, а Платон Симиренко страдал от тяжёлой болезни. Они физически были не в силах бороться за сохранение фирмы и в течение 1860-х годов один за другим ушли в мир иной. Их преемники уже выступали каждый сам за себя. Только Василий Симиренко пытался чего-то добиться, ставил вопрос о преобразовании семейного предприятия в акционерное общество, но не нашёл в этом поддержки.  Участники “администрации” мало-помалу довели дело до полной распродажи. Кирпичные здания промышленного городка были приспособлены под армейские казармы, домики служащих перешли в случайные руки. Оборудование машиностроительного завода ушло с торгов в Екатеринослав (Днепр). В 1880-е годы фирма была окончательно ликвидирована. Тем временем село Млиев вблизи Городища стало (и остаётся до сих пор) признанным центром садоводства благодаря знаменитому помологическому питомнику, основанному Левком Симиренко — сыном Платона. Но это уже совсем другая история. 

Интересное по теме